Уверенным шагом шагаю к рингу, пристально глядя на Романа. Сейчас кто-то получит от Рока по заднице. Забираюсь на ринг, выхватываю из рук Рейнса микрофон и полетели.
- Finally, The Rock has come back to /одновременно с фанатами/ Biloxi, Mississippi! Ты был услышан, Роман. Пришла очередь Рока сказать свое слово. Что с тобой, Роман? Что с тобой случилось? Рок помнит, как увидел тебя. Увидел в тебе потенциал. Рок взял тебя за руку и привел сюда. Рок привел тебя на свой ринг, вложил в тебя свою душу и взамен не потребовал ничего. Ничего, кроме того, чтобы миллионы /фанаты: миллионы.../ зрителей смотрели на тебя и видели того, кто способен дать ботинком по заднице любому, кто станет у него на пути.
Роман, помнишь, когда ты первые дал слабину? /Роман опустил голову/ Помнишь! А помнишь как Рок сказал тебя уничтожить Сину? Разорвать его на мелкие куски и принести его голову на блюдце, дабы Рок мог плюнуть в его самодовольное лицо. Рок знает, что помнишь. Рок чувствует, что помнишь. А Элиминейш Чембер? Что это было, Роман? Что это, мать твою, было? Рок сидел за кулисами, смотрел матч, лишь бы увидеть его воспитаника в действии? И что он увидел? Позор! Роман был на лопатках. Роман лежал как девочка на настиле и не смог оторвать свое гребанное плече от него. Что ты думаешь по этому поводу? /Рейнс собирается что-то сказать, но.../ It's doesn't matter what you thing! Главное, что Рок об этом думает. Рок зол! Рок в бешенстве! Рок просто готов разорвать тебя на мелкие куски, но... Он не сделает этого. Ибо Рок верит в тебя. Рок верит, что не ошибся. Ведь мы семья. А Рок искренне убежден в том, что семья самое главное. Рок любит свою семью и всегда готов поддержать её членов. И единственное, что Рок просит взамен на прощение - быть увереннее в себе. Чтобы Рок мог гордиться своим кузеном.
- Ты слишком слаб, Роман. Рок не терпит слабости. Твоя участь валяться в ногах у Великого, но это лишь начало. Ты даже не представляешь... IF YA SMELL, WHAT THE ROCK, IS COOKING?!
Помучался от боли в руке, попытался вырвать, но безуспешно. Тогда поднимаюсь с зажатой рукой, следую к турну, прижимая второй рукой Голдберга спиной в угол.